Sede Vacante

Объявление

ОЧЕРЕДНОСТЬ:
А сколько у нас шпаг? - Antonin Dolohov
Нам нужен мир - Walburga Black

НОВОСТИ:
11.12.2016 - Время в игре переведено на сентябрь. Просим ознакомиться с событиями.
23.11.2016 - Объявлен рождественский флэшмоб! Администрации нужен повод раздать подарки, не подведите ))
25.10.2016 - Время идет, события не стоят на месте. Ознакомиться с тем, что происходит в игре, можно в теме Сюжет.
16.10.2016 - форуму исполнился год! Основное буйство жизни по этому поводу состоится в темах Подарочек ко Дню рождения и Пять вечером с амс. Присоединяйтесь! ))
6.09.2016 - поставлен новый дизайн, без повода ))
2.07.2016 - запущен новый массовый эпизод Ad valorem, к которому, о счастье, можно присоединяться на ходу ))
10.05.2016 - Плановая замена в составе амс ))
20.04.2016 - Перевод времени состоялся, началась запись в новые массовые квесты, сменился министр. Следите за новостями ))
10.04.2016 - Завершился квест Подрыв устоев, анонсирован перевод времени. Не упустите свой шанс повлиять на сюжет ))
27.03.2016 - В матчасти образовались дополнения, и мы надеемся, они не оставят вас равнодушными ))
4.03.2016 - Поздравляем с завершением первого массового квеста Требуют наши сердца и просим ознакомиться с его итогами ))
21.12.2015 - Все эпизоды включены в Хронологию, с которой теперь можно сверяться, выстраивая линию своего персонажа )
11.12.2015 - Запущен квест Требуют наши сердца, самое время предаться политике и интригам ))
16.11.2015 - Стартовал первый сюжетный квест.
23.10.2015 - Открыта запись в первые массовые квесты.
16.10.2015 - Sede Vacante официально открывает свои двери для всех желающих. Мы рады видеть тех, кто не боится заглянуть в прошлое и начать свой путь оттуда, самостоятельно выбирая, какой станет история дальше.
Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP
АДМИНИСТРАЦИЯ:
MinervaWalburgaDruellaNobby

СЮЖЕТ:
Сентябрь 1947 года. Великобритания. В связи с протестами магглорожденных в стране введено чрезвычайное положение. Однако в Министерстве уверены, что это не может помешать ни демократическим выборам нового министра, ни финалу чемпионата по квиддичу. Или все же может?

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Sede Vacante » Прошлое » По ком звонит колокол


По ком звонит колокол

Сообщений 1 страница 12 из 12

1

1. Участники: Randall Lestrange & Hepzibah Smith

2. Дата и место действия: 1 января 1930 года, Лестрейндж-холл

3. Описание: неожиданная смерть Ингрид Лестрейндж потрясла всех, кто ее знал, и с этого начинается новый год

0

2

Зима в этом году выдалась совсем не такой, какой люди обычно хотели видеть зиму, но совсем такой, какой она обычно показывалась людям в Англии. Подразнила снегом на Рождество, да и разве это был снег? Пара часов картинно падающих с неба хлопьев ради праздничка. Хэпзиба даже некоторое время позволила себе поиграться мыслью о том, что это дело магии, а значит где-то недалеко есть маг, способный на то, чтобы изменить погоду если не во всей стране, но на значительной части этого острова. Это были всего лишь игрушки, конечно, мадам Смит была оптимисткой, но где бы она была, если бы позволяла этому оптимизму стать шорами, которые мешают увидеть реальное положение вещей? Где-нибудь, наверно, была бы, но точно не в своем уютном маленьком доме  окружении милых сердцу вещиц и с чашкой свежесваренного какао.
Собственно, она и сейчас была не там, и этот факт на пару с промозглым ветром, срывающимся то ли дождем, то ли снегом и грязью под ногами почти смог испортить ей настроение настолько, насколько его не испортила даже чужая смерть около недели назад. Трагедия, конечно, была поразительная. Смерть молодых магов всегда поражает, даже несмотря на то, что, как ни удивительно, не является редкостью. Это всегда казалось Хэпзибе странным: созданные для того, чтобы жить по паре сотен лет, слишком многие гибли, не разменяв даже четверти отпущенного срока. Гибли глупо: падали с метел, не справлялись с заклинаниями, хватались за темные артефакты, не надев перчаток, а чего стоила хотя бы пресловутая драконья оспа, оставившая сиротой не одного школьника! Но Ингрид Лестрейндж погибла не глупо, она погибла по-настоящему трагично. И пугающе. Как иначе назвать смерть от руки того, кого ты любишь, кому по этой причине полностью доверяешь, от кого последнего могла бы ожидать удара.
Женщина повела плечами под меховой пелериной. Нет, она сама, конечно, не допустила бы такого. Любовь - хорошая вещь, но терять голову нельзя ни при каких обстоятельствах, даже если речь идет о твоих собственных детях. Особенно если о них, и пусть глупцы кричат, что дети даруют бессмертие.
Не без труда переставляя ноги в подмерзающей грязи, мадам подошла к воротам. Ходить пешком вроде как было не обязательно. Это если посмотреть на проблему издалека. Но при рассмотрении ближайшем вдруг оказывалось, что волшебники за тысячеления своего существования изобрели что угодно, но только не нормальный способ путешествовать. Аппарация и порталы были для тех, кому нравились тошнота, головокружение, неудачные приземления время от времени и еще расщепления для самых выдающихся шлимазлов. Каминный порох был бы не так уж плох, если бы англичане строили нормальные камины, в которых мог бы с удобством разместиться человек, не посвятивший жизнь изнурению себя голодом. Метлы, не говоря о том, что были попросту неприличны, тоже выдерживали далеко не всех, да и пересекать страну под порывами ледяного ветра нормальный человек бы не стал. Ковры-самолеты были запрещены. Оставался только Хогвартс-экспресс, но увы, его маршрут не проходил через Лестрейндж-холл, а значит, не годился и он. Так что оставалось лишь положиться на домового эльфа и, к величайшему сожалению, правила этикета, которые не подразумевали прямого переноса в прогретую гостиную, и из-за которых, собственно, сейчас приходилось идти к воротам.
Те были открыты, значит Хоки постаралась, и эльфы Рэндалла тоже не сплоховали. Значит Рэндалл, несмотря ни на что, не заперся в своем особняке, как в неприступной крепости, и гостей, если и не созывал, то принимал. Это был хороший знак, как раз из таких хороших знаков, которые любила мадам Смит. Вот то, что ее проводили не в гостиную, а в кабинет, было знаком уже похуже, так что не было ничего удивительного в том, что именно его Хэпзиба решила проигнорировать.
- Здравствуй, Рэндалл, - она улыбнулась тщательно подобранной к случаю улыбкой, в которой больше всего было светлой печали, но и без надежды на лучшее будущее не обошлось. - Я не получила твою сову, но, надеюсь, хотя бы ты получил мое сообщение о том, что я собираюсь зайти.
Конечно, никакого сообщения она не высылала, как Лестрейндж не высылал никакого приглашения ей. Но поскольку серьезный человек не мог бы допустить такой непростительный моветон и не пригласить хорошего друга и просто блистательную и великолепную Хэпзибу Смит в гости по случаю дня своего рождения, то совершенно очевидно, что виноваты во всем должны быть плохо вышколенные птицы.
Ведьма окинула комнату, а потом и ее обитателя цепким взглядом, но остановила его в итоге на крутившемся тут же даже после доклада эльфе. Некоторое время смотрела на существо, которое, должно быть, тоже тяжело переживало смерть члена семьи, но еще тяжелее - состояние своего хозяина, затем, убедившись, что завладела его вниманием, взглядом указала на тяжелые шторы, закрывавшие окна, и опять же, ничем более, кроме как движением взгляда, распорядилась впустить в кабинет свет. После этого она потеряла к эльфу видимый интерес, рассудив, что если он не слишком глуп, то воспользуется возможностью выполнить приказ, который был в его же интересах. Перед ней самой стояла еще одна непростая задача: решить, что она должна говорить, когда все соболезнования давно принесены и ничуть не помогли, ибо бесполезность - это известное свойство соболезнований.
- Работаешь над чем-то важным? Не хотела тебя прерывать, - но прервала, и не собиралась уходить, а села в подставленное эльфом кресло - или оно просто так удачно здесь стояло? - Хотела обсудить с тобой несколько совершенно неотложных вопросов, но, конечно, если ты сейчас очень занят, я могла бы подождать.
[AVA]http://co.forum4.ru/img/avatars/0016/d8/b6/18-1457632270.png[/AVA] [NIC]Hebzibah Smith[/NIC] [STA]Someone must[/STA]

+1

3

Всегда должно быть что-то, что требует борьбы или вызова, что требует осмысленных действий и заставляет снова и снова двигаться вперед. После похорон Ингрид Рэндалл лишился такой опоры и больше не находил причин принуждать себя к каким-то действиям, кроме минимально необходимых. Дознание было коротким и корректным, Роули повели себя пристойно (Лестрейндж, надо сказать, не помнил подробностей первых двух дней, которые словно скрылись за плотным занавесом - его память решила проявить милосердие) - количество трупов не изменилось, следовательно, весьма пристойно. К счастью, Родни не осознал ни само событие, ни свою роль в произошедшем, разве что теперь сторонился снега в любых его проявлениях, и потому в детской окна теперь солнце и зелень. Стоило бы позавидовать Родни, ведь он мог этому верить.
Организация похорон плотно занимала Рэндалла, не позволяя слишком долго предаваться раздумьям, но теперь они ушли, а раздумья словно перегорели, и он остался в пустоте, за которой не мог разглядеть будущего, хотя не стал бы отрицать, что оно, несомненно, существует, отдельно от него.
Вопреки ожиданиям, на него не свалилось никаких новых забот после смерти Ингрид, поскольку домовые эльфы продолжали следить за порядком в доме и заниматься всем тем же, чем занимались до того. Родственники не обременяли его навязчивым присутствием, хотя и приглашали Родерика на несколько дней, предположительно на празднование Нового года. Рэндалл отказал им: он не видел ничего хорошего в праздновании Нового года так скоро после смерти Ингрид, и не видел ничего хорошего в том, чтобы передать в чужие руки единственное, что у него осталось. Нет, никто не может забрать у него Родни. Никто не смеет. Ему хорошо и здесь.
После этого его никто не беспокоил, и отслеживать течение времени стало затруднительно: Рэндалл был то под впечатлением, что прошло уже слишком много, то под впечатлением, что прошло еще слишком мало, однако представления о количестве времени расплывчаты лишь в человеческом разуме, и календарь регулярно напоминал ему, что прошло ни много, ни мало, а неделя и один день. И несколько часов, конечно же, поскольку Рэндалл хорошо помнил, в какой момент все произошло.
О визите Хепзибы доложили эльфы. Мысль встретиться с ней не вызывала глубокого отторжения, Лестрейндж велел проводить ее в кабинет и когда она прибудет, подать чай, поскольку мысль об огневиски со всей очевидностью была неудачной.
- Здравствуй, Хепзиба, - он недолго раздумывал, как отвечать на ее маневр, однако в конце концов вспомнил, что говорят об этом правила вежливости. - Разумеется. Мы тебя... Я тебя ждал.
Подруга школьных лет, разумеется, не могла не обращаться с обстановкой его кабинета ровно таким же образом, каким обращалась с людьми и событиями все эти годы. Рэндалл чуть заметно кивнул эльфу и отодвинулся вместе со своим креслом к стене, где солнечный свет не резал бы глаза. Это был весьма тусклый свет, однако и его появление словно нарушало некий баланс и делало его бесцельное пребывание в кабинете не столько скорбным, сколько унылым.
- Дела подождут, - Рэндалл посмотрел на свой практически пустой стол, со стопкой писем, которым со всей очевидностью исполнился не один день. - Я буду рад тебе помочь, если это в моих силах.
Исполнительный эльф явился с чаем в тот самый момент, когда Рэндалл задумался, насколько явно отражается на его лице полное равнодушие к тому, сможет ли он помочь миссис Смит, хотя миссис Смит была в нужной степени разумной женщиной, чтобы не принимать это на свой счет. Рэндалл дождался, пока эльф исчезнет, и придвинул к себе свою чашку.
- Итак. Надеюсь, в твоем семействе все благополучно?

0

4

На этом хорошие знаки и заканчивались. Рэндалл не обрадовался очевидно радостному событию: появлению в гостях Хэпзибы. Это, увы, могло говорить только о том, что она недооценила состояние после утраты: вне всякого сомнения болезненной, но не стоящей того, чтобы заодно и себя похоронить. Другое дело, если бы сразу, на двойных похоронах можно было бы здорово сэкономить, но раз уж не вышло "долго, счастливо и в один день", то не стоило и говорить. В этом-то и был подвох с этой любовью: штукой она была приятной, но, как и все приятное, быстро заканчивалась, а когда заканчивалась вот так невовремя, без должной подготовки, то оставляла после себя ощущение, что на этот раз была бы вечной, нерушимой и сказочно красивой, такой, какой она бывает в первые недели после своего рождения. Не все справлялись с этой иллюзией. Некоторые погружали свои чувства в формалин и регулярно опять и опять вытаскивали на свет, чтобы рассмотреть, помечтать и получить новую порцию извращенного удовольствия от того, как могло было быть, если бы не. После смерти куда как легче быть идеальным: и человеку, и роману. Хэпзиба внимательно посмотрела на однокурсника, прищурившись и слегка наклонив голову, пытаясь понять, попадет ли и он в эту безнадежную паутину. Рэндалл всегда казался слишком благоразумным для этого, а его роман с Ингрид никогда не выглядел вулканом страстей. Конечно, чужая душа потемки, и все же мадам Смит не удержалась от короткой мысли о том, что сегодняшние страдания Лестрейнджа немного попахивают тем самым формалином. 
- Да, спасибо, твоими молитвами, - ответила она, не задумываясь о том, что говорит.
В это она и сама почти верила. Знала, конечно, что "семейство" далеко от совершенства, но стоило только начать жаловаться, и судьба сразу спешила показать недовольному, что такое по-настоящему плохо. Честно отскорбив по Джонатану, Хэпзиба вспомнила о том, что вся жизнь еще впереди, и было бы чертовски расточительно тратить еще хоть день на траур. Не сказать, что она не любила мужа, очень даже любила. Джонатан был хорошим человеком, они прекрасно понимали друг друга, и все годы, пока они были вместе, были отличными годами. Для Джонатана - лучшими в его жизни, он сам не уставал говорить это, и мадам Смит была совершенно уверена, что не лгал. Но это время прошло, а ему на смену пришло другое. От своей далекой прабабки она научилась одной очень важной вещи: принимать то, что изменить невозможно. И таких вещей было не так уж и много, что поделать, если смерть таки относилась к ним? Ингрид, возможно, тоже знала эту простую истину, ведь тоже имела некоторое, пусть и не столь прямое, отношение к Хельге Хаффлпаф.
Отвлекшись от философских мыслей, которые все равно вели в тупик, Хэпзиба одобрительно кивнула. В конце концов, Рэндалл сделал правильный выбор в отношении того, кто будет ждать. Правда, он сделал совершенно неправильные выводы о том, кому должен помочь. В самый дрэк вляпалась отнюдь не она, но Лестрейндж имел право быть немножко слепым сейчас. К тому же это заблуждение было несложно исправить.
- Это хорошо, я сама в полной растерянности. Дело, видишь ли, деликатное. Ты знаешь, что такое скучающее общество, особенно то, в котором мы с тобой имеем счастье вращаться. Я не имею ничего против змей, но не тогда, когда люди начинают слишком увлекаться подражанию им.
Хэпзиба невозмутимо взяла стоящую перед ней чашку. Не какао, конечно, но для того, чтобы служить сопровождением к разговору, подойдет. Жаль, что эльфы в этом погрузившимся в траур доме, совсем забыли о пирожных. А хотя конечно, проблемы с совами, они же не ждали гостей. И все равно им стоило быть предусмотрительнее. Зато от чая шел приятный тонкий аромат успокаивающих трав. Возможно, их непредусмотрительность не была уж настолько катастрофической.
- По Лондону пошел один неприятный и совершенно абсурдный слушок, и, поговаривают, пошел прямиком из Министерства. Можно было бы просто забыть об этом, сплетни, не говоря о том, что могут быть неплохим развлечением, бывают даже выгодны, и кто из нас не пускал о себе одну или другую, чтобы посмотреть, чем оно обернется. Я бы не стала беспокоить тебя в такие минуты, Рэндалл, но эта точно не обернется ничем хорошим, потому что касается маленького ребенка, который не сможет себя защитить от нее еще долго. А я испытываю слабость к маленьким детям, особенно если это маленькие дети тех людей, которые мне небезразличны.
[AVA]http://co.forum4.ru/img/avatars/0016/d8/b6/18-1457632270.png[/AVA] [NIC]Hebzibah Smith[/NIC] [STA]Someone must[/STA]

+1

5

Насколько Рэндаллу было известно, а известно ему было в высшей степени хорошо, Хепзиба никогда не обучалась целительству, а в особенности постановке сложных диагнозов одной лишь силой взгляда. И все же взгляд, который она устремила на него, был именно таким, это не доставляло неудобства, но было неприятно. Рэндалл вовсе не нуждался, чтобы в эту минуту кто бы то ни было пытался сделать выводы о его состоянии, настроении и перспективах его бизнеса в связи с падением боевого духа обладателя. Он слегка поморщился, предупреждая драгоценную подругу, что предпочел бы принять менее пронизывающие соболезнования, и пробормотал нечто неопределенно-вежливое, как нельзя лучше передающее его намерения и впредь продолжать свои вымышленные молитвы о благополучии Смитов.
- Деликатное дело, - повторил он задумчиво. - И очередные интриги, каким-то непостижимым образом касающиеся меня. Несомненно, это что-то очень интересное?
С его точки зрения было бы крайне неосмотрительно не завести себе тщательно подобранных неприятелей, ведь неприятели неизбежны, так пусть хоть часть из них будет предсказуема и в чем-то управляема, пусть распространяет слухи, которые легко опровергнуть, и тогда, услышав нечто аналогичное, слушатель уже поморщится: было. Но в последнюю неделю Рэндаллу было плевать на них, да и сейчас тоже. Пусть злобствуют...
Впрочем, еще прежде, чем Хепзиба договорила, он понял, что она имеет в виду, и что ничем хорошим дело действительно не кончится, однако не для его, а для той стороны, которая перешла все границы, для тех, кто услышав этот слух, позволил ему распространяться дальше. Прямиком из Министерства? Этот недоносок, брат Ингрид, продержался всего пару дней после похорон сестры и не пощадил собственного племянника.
Лестрейндж откинулся на спинку кресла, в одну секунду утратив прежнюю апатичность.
- Теперь мне кажется, - проговорил он, подавляя ярость, - я начинаю догадываться, о чем могла бы идти речь. О том,
что какие-то люди считают подобающей мишенью для своего красноречия трехлетнего мальчика и думают, что это сойдет им с рук. Но я им не позволю. Ты понимаешь, что я им не позволю?

Он поднялся и заходил по кабинету, не глядя обходя мебель, поскольку помнил ее расположение многие десятки лет. Ему стало холодно от понимания, что теперь все это обрушится на Родни: поиск объяснений, поиск виноватого, желание увидеть в случившемся перст судьбы, ведь они, замшелые ограниченные пни, всегда говорили, что этот брак не кончится добром, что не стоило выдавать такую славную девочку... Родни, по счастью, слишком мал, чтобы осознать это, но у Родни есть друзья и сверстники из тех семей, где сейчас повторяют эти сплетни. Но он не даст им лишить Родни детства.
Лестейндж вернулся за стол, облокотился на него всем весом и наклонился к подруге.
- Что они говорят, Хепзиба? Что ты посоветуешь?

0

6

[AVA]http://co.forum4.ru/img/avatars/0016/d8/b6/18-1457632270.png[/AVA] [NIC]Hebzibah Smith[/NIC] [STA]Someone must[/STA]
Хэпзиба, конечно, знала, что сама была виновата, позволив себе слишком долгое вступление тогда, когда Рэндалл хотел поскорее избавиться от любых посетителей, и все же его реакция страшно ей не понравилась. Ну разумеется, ей не пришло бы в голову требовать от человека в таком состоянии, в каком сейчас находился школьный друг, какой-то особой куртуазности, само собой. Но здесь вступало в силу некоторое противоречие, ибо мадам Смит считала, вежливость по отношению к ней чем-то само собой разумеющимся, естественным ходом вещей, практически, законом природы, то есть тем, что проявлялось даже если ни от кого не требовать ничего, а попытаться сделать наоборот было не то чтобы даже кощунством, но абсурдом и бессмыслицей. И слишком явное недовольство Рэндалла насчет ее присутствия в его кабинете и этого самого долгого вступления, как раз и относилось к категории кощунственного нонсенса. Это требовало тщательного анализа. Того самого, когда на одну чашу весов кладут что-то хорошее, а на вторую - вот то самое, что к анализу сподвигло. Исчислено, взвешено разделено. Впрочем, тщательность анализа вовсе не означало, что он должен быть долгим, и уже через мгновение на лице Хэпзибы осталось лишь то же выражение тревоги без цепкого взгляда оценщика. Потом она отпила еще чаю и сказала себе, что, конечно, Рэндалл в состоянии понять, что просто так она не стала бы его беспокоить, понять и оценить. Еще через секунду, Лестрейндж и сам подтвердил ее догадку, моментально изменившись из старого и больного Рэндалла в настоящего.
- Омерзительно, - мадам Смит покивала, поставила чашку на блюдце, достала из манжета миниатюрный шелковый платочек с золотым шитьем и промокнула уголок глаза. - Что за средневековые нравы - идти к собственной выгоды по головам невинных! Как несовременно... Да и какая там выгода!
Вот этот вопрос ее очень волновал, хотя на вопросительную интонацию она так и не решилась. Какой смысл вытаскивать на свет неприглядную истину не о главе семьи, а о ребенке, который, разумеется, никак не сможет ответить на обвинения? Подорвать репутацию отца? Смехотворно, все понимают, что такое стихийная магия, и насколько она неуправляема. Разъярить его? Это, пожалуй, больше было похоже на правду, хотя за таким выводом резонно следовал вопрос "Зачем?" Возможно, для того, чтобы спровоцировать Лестрейнджа на необдуманные поступки, например, охоту за тенями сплетников или же наоборот, попытки замести следы. И все же, это были всего лишь домыслы, а Хэпзиба хотела знать наверняка. Непосвященному могло бы показаться, что ей не должно быть совершенно никакого дела до проблем чужих семейств, непосвященному с небольшой толикой разума - что она не должна упускать шанс сыграть на этом упадке сил главы мощного семейства. Но мадам Смит не было никакого дела до непосвященных. Она, как бы наивно это ни звучало со стороны, знала цену взаимопомощи. Да и просто верила в дружбу. Иногда.
- Конечно, Рэндалл, - согласилась она уже намного спокойнее, но платочек прятать не спешила. - Уверена, что не позволишь, именно для этого и пришла.
Ведьма наблюдала за его перемещениями, но наблюдала молча. Конечно, важнее всего было спасти Родерика от последствий того, что сейчас заваривалось, но спасти Рэндалла тоже было очень важно. Нюанс состоял в том, что она при всем желании не смогла бы вытащить его из того болота, куда его загнала смерть жены. А вот он сам - с ее помощью - мог бы. И как раз этим и занимался сейчас, метаясь по кабинету и уже не прячась от солнечного света. Надо было дать ему немного времени. Ну и, может - не подсказок, нет, он сам спасет свою семью, иначе не простит давней подруге то, что та не просто застала его в минуту слабости, но еще и воспользовалась ею, чтобы сделать его своим должником, поэтому подсказки никак не подходили - а вот направить мысли Лестрейнджа в нужное русло она могла себе позволить.
Когда Рэндал навис над ней, пришло время аккуратно сложить платочек и вернуть его в рукав. Время эмоций - искренних и всяких - прошло, наступало время дать дорогу разуму.
- Мне не хотелось бы пересказывать эти мерзкие и грязные сплетни, к тому же, я не знаю их в деталях, а ты сам можешь догадаться, что говорят. Ты, конечно, уже убедился, что в аврорском протоколе нет места этой отвратительной лжи, не так ли? Что ты сделаешь дальше, конечно, зависит от приоритетов. Что для тебя важнее: наказать этих шайгец так, чтобы ни им, ни остальным неповадно было, - или оградить ребенка. Боюсь, эти равно достойные решения несколько взаимоисключающие.

+1

7

Хепзиба всегда была умной женщиной, и другого мнения могли придерживаться только те, кто был неспособен понять, насколько она умна. Если Хепзиба Голдштейн, а теперь уже Смит, считала нужным манерничать с платочками, это значило лишь, что она отсеивает собеседников, неспособных увидеть за этими маневрами смысл ее слов. Рэндалл понял, что его сейчас проверяют на способность говорить и действовать разумно, словно он производил впечатление человека, настолько погруженного в собственное горе, чтобы такая проверка вообще требовалась. Обижаться на это, впрочем, было поздновато.
- Выгода? - переспросил он. - Никакой. Этот щенок Роули отыгрывается на мне, потому что хотел выдать Ингрид выгоднее, за кого-то с постом в Министерстве. За Блэка, за Пруэтта...
Разве его волновало, чего хочет сама Ингрид? Ни на секунду! И сейчас не волновало, что Родерик - наполовину Роули, что это его собственная кровь. Так не должны поступать люди.
Не без труда Лестрейндж вспомнил последние сделки, которые заключил и которые заключить не успел. Вспомнил несколько операций по обмену валюты, вспомнил обсуждение поставок свежего масла из... какого-то графства, требовалось посмотреть в бумаги. Вероятно, он перешел кому-то дорогу, когда прямые поставки в несколько ресторанов превратились в поставки через его руки, вероятно, кто-то хотел получить свою прибыль обратно... Пусть забирают эти гроши, пусть дрожат над ними сами, но не смеют трогать его семью в такое время!
- Спасибо, что пришла, - произнес Рэндалл, на сей раз искренне. - Я всегда ценил, что ты на моей стороне.
Наконец Хепзиба убрала свой платочек, что означало возможность перехода к деловому разговору, однако это не освобождало его от обязанности проявлять уместную галантность и обходительность. Рэндалл еще раз осмотрел комнату, словно в первый раз, подметил, какой одинокой выглядит чашка чая в руках дражайшей подруги, и понял, чего именно здесь недостает.
- Альф! Пирожные и какао для миссис Смит. Надеюсь, ты извинишь меня за эту расеянность.
Пока эльф выполнял приказ, Лестрейндж постукивал пальцами по столу, размышляя. Все в нем требовало поступить по наиболее очевидному сценарию: найти всех, кто склонял имя Родни, и переломать им ноги в буквальном и фигуральном смыслах. Однако неделю назад он уже слишком жестоко ошибся, выбирая, что будет лучше для его семьи, и страх перед новой ошибкой заставлял его задуматься.
- Эта отвратительная правда есть в аврорском протоколе. Я рассказал аврорам все, как было, и подписал. Я не мог придумать ничего, особенно в присутствии Роули. Еще можно сделать так, чтобы протокол пропал, но надо ли?
Рэндалл заглянул в свою чашку чаю и погрел об нее пальцы, поскольку воспоминание о том допросе отдавалось холодом во всем теле. Они разговаривали, пока другие авроры осматривали тело Ингрид и переносили его, а в соседней комнате плакал Родни, лишившийся праздника.
- Родни всего три года. Прежде чем он начнет понимать, что случилось, история всем уже наскучит. Но если сейчас сделать ее тайной, она будет всплывать всю его жизнь. Они будут говорить: вы слышали, Родерик Лестрейндж еще в детстве убил свою мать! Я не желаю ему такого. Что если обнародовать это? Об этом не надо будет шептаться по углам, и им быстро станет скучно. Через год об этом и не вспомнят. Ведь он ребенок. Никто не сможет открыто обвинить его.
Вероятно, взамен будут шептаться о том, что Рэндалл Лестрейндж переложил вину за убийство жены на малолетнего наследника... но ему будет это безразлично, да, безразлично.

0

8

- Никакой... - задумчиво повторила она. Не то чтобы это было совсем невозможно, всякое случалось, но Хэпзибе это совершенно определенно не нравилось. Если никому нет никакой выгоды, то следует считать, что то, что происходит, происходит случайно, а случайности сложно купировать. К тому же Роули - если это было его рук дело - мог быть щенком, но не был полным идиотом, он просто не мог не понимать, что поздновато мстить за неугодный ему брак, когда невеста, простите, только что направилась в лучший мир.
Она задумчиво покрутила на пальце одно из колец. Быть может, не стоило сразу бежать в гости к Лестрейнджу, лишь только узнав о том, что за слухи скоро вырвутся за пределы "осведомленных кругов". Не надо было спешить, стоило поговорить и с Финнгейром, и еще кое с кем, чтобы удостовериться в том, что выгоды действительно не было - или в обратном, потому что первое все же казалось Хэпзибе несколько противоестественным. Почти таким же, как чай без пирожных, но эту оплошность школьный друг наконец решился исправить. Мадам Смит всплеснула руками и перестала тревожно щуриться.
- О, Рэндалл, что ты, не стоит беспокоиться!
Хотя, конечно, стоило, и мадам Смит была рада, что Лестрейндж наконец смог взять себя в руки настолько, чтобы это осознать. Жаль, что так поздно. Не из-за какао, конечно. Хэпзиба поджала губы, услышав о протоколе. Получалось так, что за слухами мог стоять Роули, а мог совсем и не он. Сколько авроров слышали то, что рассказывал Рэндалл, сколько прочитали протокол? Кто из них оказался достаточно сообразительным, чтобы понять, что на такой информации можно заработать, или просто отчего-то ненавидел Лестрейнджа в частности или лучших людей магического мира в целом?
Ведьма не спешила отвечать на вопрос, ответ на который казался очевидным. Она отставила чашку с чаем и взяла ту, которую только что принес эльф. От какао исходил горячий ароматный пар, то что нужно в такую погоду, чтобы сосредоточиться и как следует подумать.
- Помнишь Оливию Фезерстоун с Рейвенкло? Её отец так хотел сына, чуть не свихнулся, и каким-то невероятным образом умудрился превратить ее в мальчика, когда ей было лет пять? Потом все исправили, конечно, но кто называл Оливию иначе, чем Оливером? Она уехала куда-то в Алжир, кажется, как только ей стукнуло семнадцать, даже не доучилась, бедняжка.
А ведь даже самые откровенно странные на голову родители - это не родители, погибшие от рук ребенка. Последнее было настолько шокирующим, что должно было стать ложью, даже если было правдой. Так было бы лучше для всех. Но для того, чтобы это произошло, в лживость обвинений должен был бы поверить и сам отец. Хэпзиба искоса посмотрела на Рэндалла, но даже такого скользящего взгляда было достаточно, чтобы понять, что едва ли это возможно. И все же игру на публику никто не отменял. Вся их жизнь в некотором роде была игрой на публику.
- Может, забудут, а может и нет. Может быть, эта история надоест тем, кто станет обсуждать ее прямо сейчас, и всплывет опять, как всплывает любой дрэк, когда их родители узнают, кто учится с ними на одном курсе: "Лестрейндж, говоришь? Что ли тот самый?" Один подойдет и спросит, второй услышит. Я имею надежду, что к своим двенадцати годам твой сын уже сможет достойно ответить любому из них... и при этом не попасться, но мне не хватило бы смелости рискнуть и проверить.
[AVA]http://co.forum4.ru/img/avatars/0016/d8/b6/18-1457632270.png[/AVA] [NIC]Hebzibah Smith[/NIC] [STA]Someone must[/STA]

+1

9

Рэндалл покачал головой. Он понимал, что Родерик оказался в крайне невыгодном положении, но разве можно было что-то сделать, чтобы изменить это? Разве Ингрид заслуживала, чтобы вокруг её смерти множились слухи, а её родственники перессорились, выясняя, кто был правее?
Несчастную Оливию он, разумеется, помнил и не сомневался, что если она решится вернуться в Англию, пересуды вокруг неё и её изменчивого пола будут продолжаться не один день. Однако от Оливии и только от Оливии зависело, сможет ли она превратить их в шутку, и шутка рано или поздно всем наскучит, или позволит насмешкам искалечить себе жизнь в очередной раз. Насколько Лестрейндж мог припомнить, сила характера никогда не являлась определяющей чертой Оливии Фезерстоун, и если это обстоятельство не переменилось за прошедшие годы, ей, вероятно, не следовало возвращаться в Англию под своим именем.
- Все верно, душа моя. Все беды Оливии случились из-за того, что некто попытался выдать одно за другое, неверно рассчитав последствия самого поступка. Именно потому я сомневаюсь, как мне следует поступить.
На что здесь стоило сделать упор, на то ли, что Родерик - такая же жертва, как Ингрид, и этот несчастный случай не делает его злоумышленником, особенно в его три года? Или же на то, что обстоятельства смерти его матери касаются исключительно членов семьи, а домысливание ужасных подробностей неправомерно и неуместно? Сработает ли первый способ? Не окажется ли, что прибегнув ко второму, он спровоцирует окружащих на бесконечное измысливание все новых версий случившегося, более неприятных, чем сама правда? Решение уже требовалось принять, а Рэндалл по-прежнему не был к этому готов и не был готов рискнуть всем, выбирая наугад. Ему случалось принимать рискованные решения тогда, когда дело касалось благополучия его бизнеса, или тогда, когда ставкой была его собственная жизнь или благополучие, но семья - его семья всегда была в безопасности, он никогда не рисковал женой или ребенком.
- Роули знают, аврорат знает. Как можно скрыть что-то, если это не зависит от  меня? Все дети в нашем кругу общаются уже сейчас, нет нужды дожидаться школы, вопросы могут возникнуть сразу. Или могут не возникнуть, если ответы на них станут известны сразу. Если к своим двенадцати годам мой сын будет иметь хороших друзей, принимающих его как есть, ему будет все равно, что говорят об этом завистливые грязнокровки.
Компания хороших друзей из правильных семейств всегда помогала переступить через пересуды окружающих, равно как, в некоторых случаях, и через самих окружающих, которые не были достаточно осторожны в своих перемещениях по территории школы. Вопрос был в том, как завоевать их расположение, поскольку Лестрейндж не раз и не два становился свидетелем тому, как дети из приличного общества становились изгоями в кругу своих ровесников без видимых причин, и он не желал бы такой участи для Родни. Сейчас, в обществе трех- или пятилеток он был своим, но кто поручится, что эта история не изменит все?
- Сам Родни тоже должен знать, ради его же блага. Сейчас, конечно, он ничего не понимает. Он должен узнать об этом от меня, а не от посторонних. Но я не знаю, как заткнуть им рты до тех пор, пока я не решу, что пора ему рассказать.

0

10

[AVA]http://co.forum4.ru/img/avatars/0016/d8/b6/18-1457632270.png[/AVA] [NIC]Hebzibah Smith[/NIC] [STA]Someone must[/STA]
Это все была софистика. На самом деле, все беды Оливии случились из-за сумасшедшего папаши, по иронии судьбы, весьма талантливого в магии, а затем - из-за того, что кое-кто предпочел резать правду-матку там, где можно было бы обойтись скромным молчанием или каким-нибудь не травмирующим ребенка домыслом. Почему старшие Фезерстоуны избрали эту странную тактику, оставалось загадкой, которую не надо было решать, которая и нужна была лишь для того, чтобы извлечь из нее необходимые уроки.
Лестрейндж видел эти уроки, но его установка в отношении того, что это не он должен подстраиваться под обстоятельства, а напротив, обстоятельства должны подстраиваться под него, портила все и заставляла его метаться между очевидно правильным и очевидно неправильным выбором бесконечно. Раз правда уже стала известна нескольким людям, то гори но все огнем, пусть знают все, и пусть, разумеется, смирятся с этим и сделают вид, что все хорошо. А кто не согласится, того объявят врагом. Как, кому-то на это наплевать? Не может такого быть! Кто-то мог бы назвать это последствиями гриффиндора, но Хэпзиба совершенно точно знала, что отучившись на любом факультете в любой школе Лестрейндж продолжал бы чувствовать себя центром вселенной, определяющим ее извечное движение.
- Роули не так безнадежны, как ты привык думать, Рэндалл. Позволь мне поговорить с Финнгейром, я так давно не была у него в гостях, он скучает. Нам с ним совершенно нечего делить, и это сразу позволит вести разговор в нужном, деловом русле. Что касается аврората... - Хэпзиба повела плечом и кротко вздохнула, - Когда-то люди жили в гармонии с миром, а счастье и благодать были разлиты в воздухе. Но аврорат появился чуть позже, тогда, когда товарно-денежные отношения уже вошли в обиход. Он часть системы, в которой мы продаем и покупаем, это совершенно естественно, этого не надо стесняться, и стоит этим пользоваться.
От "грязнокровок" из уст приличного во всех отношениях человека мадам Смит невольно скривилась и покачала головой. Любой из ее детей, вздумай он так выражаться в хорошем обществе - а Хэпзиба относила себя именно к таковому - тут же получил бы полный рот мыльной пены в назидание. Она никогда не была поборницей бессмысленного равенства между теми, кто многие столетия строил магический мир и теми, кто только вчера шагнул в него, однако же слова следовало подбирать такие, чтобы не оскорблять ее слух. Но Рэндалл не относился к ее отпрыскам, поэтому тратить свои силы на его воспитание Хэпзиба не чувствовала необходимости, и все же ответила резче, чем собиралась.
- Если бы люди умели принимать друг друга такими, какими они есть, оборотное зелье бы не изобрели, - но и она сама сейчас допустила ту же ошибку, позволила себе приподнять уголок одной из масок. Конечно, и заметила ее сразу же, и продолжила намного мягче.  - У правды есть свои плюсы: тебе никогда не придется помнить все те версии, что ты рассказывал другим, но есть у нее и недостатки: один раз сказав правду, потом очень тяжело опровергнуть ее, перешагнуть ее границы. В отличие от лжи: здесь всегда достаточно указать на несоответствия или запустить другую ложь.
Идея сообщить трехлетнему ребенку о его роли в смерти его матери на несколько мгновений заставила мадам Смит все же усомниться в здравомыслии однокурсника и действенности успокаивающих отваров, которые подавали эльфы. Отпив еще пару неторопливых глотков из своей чашки, она все же пришла к выводу, что дело не в этом. Просто Лестрейндж считал сына не ребенком, а копией себя, разве что в меньшем масштабе. Просто Лестрейндж был мужчиной, а от этого в Мунго не лечат. И все же это был его сын и его выбор. Оставалось пожелать Родерику удачи.
- Ты знаешь это, Рэндалл. Сделай так, чтобы у них не было подтверждения их домыслам и относись к ним так, как относился бы к любым сплетням на эту тему. Потому что без подтверждений это и будут только лишь сплетни, к тому же, настолько дикие, что едва ли кто в них захочет поверить.

+1

11

Рэндалл не был большим умельцем в деле чтения выражений на человеческих лицах, но читать по лицам добрых друзей все же умел, и от него не укрылся скепсис, который в эту минуту демонстрировала Хепзиба, тот скепсис, который должен был подсказать ему, что его идеи кажутся стороннему человеку плохо совместимыми с реальным положением вещей.
Рэндалл также испытывал скепсис, однако его скептическое отношение распространялось на любой вариант выхода из этой ситуации, если из нее существовал как таковой выход, не заканчивающийся в тупике. Весьма возможно, что он не мог поверить в благополучное разрешение проблемы, поскольку трудно верить в благополучие какого бы то ни было исхода сразу после похорон жены, которая должна была прожить с ним еще немало счастливых лет.
Вероятно, Роули и не были "так" безнадежны, но сейчас Лестрейндж был уверен, что они безнадежны если не так, то иначе.
- Хорошо, - согласился он после краткого раздумья. - Если ты думаешь, что это может помочь, поговори с ним. Возможно, ты сумеешь напомнить ему, что это его родной племянник.
Если, разумеется, что-то может повлиять на человека, которому требуются отдельные напоминания о том, кто является членом его семьи. Однако если можно было добиться от Финнгейра Роули пусть не родственных чувств, то хотя бы перемирия, Рэндалл был готов на это пойти.
Предложение воспользоваться принадлежностью аврората к системе бесконечного обращения денежных средств не было для него чем-то новым или недопустимым, однако выражение скепсиса все еще сохранялось на лице Хепзибы, и Рэндалл полагал, что она должна подразумевать совершенно конкретный поступок.
- Душа моя, я слишком много об этом думал и уже запутался в вариантах. Просто скажи, как бы ты поступила.
К чему отнести вспышку недовольства, которое было столь же явным, сколь же формально вежливым, он затруднялся сказать, поскольку не запомнил дословно, что именно произнес секунду назад. Вероятно, это было нечто несдержанное, но недостаточно несдержанное, чтобы оскорбить даму бесповоротно. Рэндалл отразил на лице уместное в таком случание раскаяние и смирение, и Хепзиба великодушно сменила гнев на милость.
- Допустим. Мне не составит труда запускать каждый раз новую ложь. Но если ложь меняется каждый раз, не начнет ли и это само по себе привлекать слишком много внимания и к Родни, и ко всей семье?
Разумеется, через какое-то время это надоест и Роули, ведь даже слабоумный брат Ингрид не мог посвятить всю свою жизнь мелочной мести за несчастный случай, но помимо него и Роули вокруг были другие люди, те, кто слишком много знает о своих родственниках и знакомых, о людях своего круга, и никогда не откажется от новой сплетни. Когда Рэндалл представлял себе, что в центре этого змеиного клубка может оказаться его ребенок, он испытывал желание продемонстрировать на доброжелателях действие адского пламени.
Он поднялся из-за стола, снова прошелся по кабинету и даже выглянул в окно, пейзаж за которым, впрочем, нимало не изменился с тех пор, как он выходил из дома, чтобы похоронить Ингрид. Первый день нового года мало отличался от последних дней предыдущего.
- Что если этого будет недостаточно? - спросил он, все еще глядя в окно. - Что если Родни не справится с этим в любом случае?

0

12

Хэпзиба улыбнулась весьма довольно. Может быть, ей и правда удастся напомнить Финнгейру о тех или иных родственных связях. А может быть, получится понять, что он и так помнит о них. А может быть, у них вообще состоится приятная беседа на совершенно отвлеченную тему. Так или иначе, мадам Смит рассчитывала в итоге добиться своего, даже несмотря на то, что проблема была не только в Роуле. Протокол все еще был у авроров, и, если кто-то из них испытал нездоровый интерес к тому, что произошло в Лестрейндж-холле на рождество, была большая вероятность того, что свое любопытство он сможет удовлетворить. И чем больше минут отсчитывали часы, стоящие в углу этого кабинета, тем более возрастали вероятности. И, увы, потенциальные расходы. Последнее делало ей больно.
- Ты спрашивал, как можно скрыть, - просто пояснила она. - Галеоны отлично слепят глаза. Я выкупила бы протокол. Заменила бы его другим. Тогда это стало бы правдой, а остальное... Альтернативной правдой, быть может. Которая при необходимости называется клеветой. Если нужно, я подскажу, кто сможет посодействовать этой небольшой метаморфозе.
Игра в сплетни была, на самом деле, одним из самых интересных развлечений, которые можно было найти в чопорном британском великосветстком обществе. Правил почти не было, но было множество нюансов, которые следовало учитывать, и от которых зависела победа или поражение. Не каждый рисковал играть в это, единицы делали в этой игре серьезные ставки.  Хэпзиба играла. Поставила бы она на кон судьбу кого-то из своих детей? Кто знает, слишком сложный вопрос для того, чтобы ответить на него с налету. Рискнула бы Родериком Лестрейнджем? Да, скорее всего. В конце концов, она не так уж часто проигрывала.
- Только если она каждый раз будет исходить из одного источника. Тебе достаточно всегда придерживаться одной версии, той, что будет в документах. Ну а если кто-то решит тратить свое время для того, чтобы докопаться, пусть находят версии. Версии всегда так увлекают искателей истины. Может, помнишь ту историю с кольцом Дэвисов, которое неожиданно оказалось... - мадам Смит вдруг замолчала и с непрошеной мечтательной улыбкой прикрыла глаза. Ах, что это был за сюжет! И Дэвис был неплох. Но рассказывать такое стоило бы не за чашечкой какао, а за бутылкой хорошего вина. И, пожалуй, не сразу после похорон.  - Ну а, впрочем, не важно, это совсем другая история.
Может быть, эти забавные воспоминания и правда были сейчас неуместны, но похоронную атмосферу, царившую теперь в этом доме невольно хотелось рассеять. Хотелось так сильно, что сквозь внушительный слой хороших манер пробивалось то, что могло бы с ней справиться, и приходилось прилагать немалые усилия для того, чтобы сохранить лицо: серьезное и не слишком мечтательное. Разве что в глазах ведьмы отражались теперь недавние и такие приятные воспоминания. Что-нибудь большее могло оскорбить Рэндалла, и даже укорить его в этом не получилось бы. Лестрейндж не желал впускать в свою жизнь ничего, что позволило бы осветить момент, даже надежду на благополучный исход, как до этого не желал впускать в кабинет солнце. Конечно, он должен был предположить, что все непременно закончится крахом, а несчастного ребенка ждет худшее будущее из возможных. Что могла на это сказать Хэпзиба? Разве что то, что в Алжире всем места хватит.
Ведьма улыбнулась теперь совсем по-другому: мягко, но уверенно. Отставила чашку, поднялась из кресла и подошла к тому окну, у которого стоял, всматриваясь в какие-то дали однокурсник. Положила ладонь ему на плечо, а другой прикоснулась к щеке, заставляя повернуть голову, чтобы смотреть ей в глаза. Ах да, кажется, так приличные дамы не делали. Хэпзиба вспомнила об этом, но вспомнила мимолетом, и воспоминания не отразились даже в глубине ее зрачков.
- Ну конечно он справится, Рэндалл. Ты ведь будешь рядом.
[AVA]http://co.forum4.ru/img/avatars/0016/d8/b6/18-1457632270.png[/AVA] [NIC]Hebzibah Smith[/NIC] [STA]Someone must[/STA]

0


Вы здесь » Sede Vacante » Прошлое » По ком звонит колокол


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC